На главную

Наша газета

Наши издания

ИЗДАТЕЛЬСКАЯ НОВИНКА

Наши инициативы Лекции Конференции

Контакты

Представляем Вашему вниманию краткую информацию о содержании свежего номера научной марксистской газеты "Пролетарский интернационализм", а также архива предыдущих номеров нашего издания. Всех заинтересованных в приобретении газеты просим обращаться по электронной почте. Мы также приглашаем к распространению нашего издания частных лиц.

Ежемесячная марксистская газета "Пролетарский интернационализм" № 33, май 2017 г.

1. Париж и Лондон в поисках политической коалиции для европейской стратегии в глобализации – стр. 1-2

Происходит восстановление мировой экономики, но кризис глобальных отношений, разразившийся почти десятилетие назад, оставил необратимые последствия. В другом месте нашей газеты мы пишем, что приблизительно одна седьмая часть мирового производства сместилась от старых держав к новым. Половина этой части, то есть около 7 процентных пунктов глобального ВВП, перешла в пользу Китая, который стал первой державой по этому показателю. Соединённые Штаты и Европа (в качестве последней рассматривается только федерация евро) потеряли 10 пунктов: эти страны были первой и второй мировой державой, соответственно, а теперь являются второй и третьей. На Китай приходится почти 18 % МВП, на США – более 15 %, на еврозону – почти 12 %. Если учитывать всю конфедерацию ЕС-27 со всеми неизвестными величинами её политической централизации, то на Европу придётся около 14 %; если же прибавить Великобританию, – то значительно выше 16 %, тем самым Европа обгонит Соединённые Штаты в качестве второй мировой державы, и это позволяет понять значение Brexit в глобальных отношениях силы.

Тем не менее это показатели, в которых можно увидеть обобщение объективной основы политического цикла атлантического упадка и новой стратегической фазы. Сдвиг экономического веса происходит очень быстро и имеет колоссальные масштабы, но можно ли то же самое сказать о политическом весе?

Мы считаем, что, безусловно, нет: именно он и становится предметом борьбы, открывшейся между державами, и по этой причине мы говорим не об уже завершившемся с окончанием кризиса противостоянии, а о стратегической фазе и начинающемся политическом цикле, во время которого те, кто набрал экономический вес, будут пытаться приобрести политическое значение. Аналогично новому противостоянию восьмидесятых годов, которое последовало за кризисом реструктуризации семидесятых годов, это сражение будет более непредсказуемым и не без запрещённых приёмов. Никто не может сказать заранее, как в ходе него изменятся альянсы – ослабнут или укрепятся, или же прекратят своё существование. Никому не известно и то, какие кризисы и войны станут проверкой и санкционированием нового равновесия сил.

2. Политические цифры по поводу восстановления и протекционистская жестикуляция – стр. 3

Историк экономики Чарльз Киндлбергер указывает в качестве главного признака державы-лидера или «стабилизатора» способность сохранять открытость своих рынков в трудные времена. В этом смысле заявление США о «непосильности» роли импортёра в последней инстанции, если только оно не является уступкой электоральному “холодильнику”, должно иметь стратегический смысл.

В апрельской статистике ВТО о международной торговле без учёта внутренней торговли ЕС содержится традиционный “немецкий” ответ на англосаксонскую полемику против чрезмерной сверхприбыли Германии. Если рассматривать ЕС в качестве “единого рынка” (исключив торговлю внутри ЕС), то торговый баланс ЕС (только товары) с остальным миром является паритетным. Выход Великобритании из ЕС ослабит возможности для использования этого статистического трюка, так как Лондон имеет 230 млрд евро дефицита.

Пекин выразил готовность взять на себя роль флагмана открытого рынка. Но слов недостаточно. Апрельский Outlook МВФ высоко оценивает быстрое увеличение доли Китая в мировом спросе, что привело к большей интеграции «всех восходящих держав и стран с развивающейся экономикой», в том числе и самого Китая. Данные за 1995–2011 годы демонстрируют, что более интенсивно этот процесс затрагивал страны-экспортёры сырьевых товаров, экспорт которых в Китай вырос на 20 процентных пунктов по сравнению с 12 % роста экспорта в остальную часть мира.

Как показало падение цен на сырьевые товары, этот процесс является противоречивым. Руководство либеристской политикой требует открытости рынков капитала и долга, а также большего распространения юаня в платёжной системе. Впереди ещё долгая дорога.

3. Вооружённая дипломатия от Сирии до Кореи – стр. 4

Совпадение атаки в Сирии со встречей Трамп – Си во Флориде и напряжённость на Корейском полуострове детерминируют linkage, то есть пересекающую афганский узел связь между двумя театрами – ближневосточным и азиатским. Научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН Александр Ломанов пишет, что совпадение “саммит – атака” напоминает китайскую поговорку «убить курицу, чтобы напугать обезьяну». Это послание Пекину, чтобы он усилил дипломатическое давление на своего строптивого северокорейского союзника.

Тот же самый смысл, пожалуй, имеет использование в Афганистане так называемой “супербомбы” – обычной десятитонной бомбы, сброшенной 13 апреля с целью уничтожения логистической базы ИГ (“Исламское государство” – запрещённая на территории РФ организация) в восточных регионах страны. По мнению журнала American Interest, «это было средством послать сигнал»: рёв самой мощной бомбы неядерного арсенала США должен был быть услышан «далеко за афганскими долинами», то есть в Пхеньяне.

Российские источники сообщают, что детонация возвещала о прибытии американской военно-морской группы в корейские воды, хотя здесь имеет влияние загадочный казус: флотилия США в течение недели продолжала двигаться в противоположном направлении – в сторону Австралии. “Супербомба”, однако, имеет также локальное значение, совпадая с открытием организованной Москвой второй региональной конференции по афганскому вопросу, в которой должны были участвовать двенадцать стран. Кроме России, в ней приняли участие Китай, Афганистан, Пакистан, Иран, Индия и пять стран Центральной Азии, ещё одно место было предложено Вашингтону. США отклонили предложение, оспаривая «переговорную легитимность» России и критикуя «прямую помощь» Ирана ополчению талибов, а также осуждая желание Москвы и Тегерана изолировать западные державы от поиска решений по преодолению конфликта.

4. Европа перед вторым туром французских выборов – стр. 5

Фигура Шарля де Голля, отца Пятой республики, является обязательной исходной точкой французской политической дискуссии и предстаёт в образе провиденциального человека, который объединяет страну. Теперь, когда существует проблема соединения глубинного согласия Франции с новой европейской парадигмой, де Голль представляет собой модель республиканского монарха, стоящего над политическими партиями и воплощающего национальное rassemblement. Парижский корреспондент Financial Times Анн-Сильвен Чассани видит у Макрона голлистский подход, заключающийся в стремлении «объединить левую и правую». Мы наблюдаем противоречие французского положения: европейское приспособление должно принять форму совранистского мифа национального монарха.

По мнению Перрино, перед лицом clivage между открытостью и национальным отступлением «любой заслуживающий доверия кандидат не может удовлетвориться настраиванием одного лагеря против другого, он должен обращаться к двум Франциям». Таковой была «амбиция де Голля», когда он говорил о «человеке нации», президенте, находящемся «на высоте духа институтов Пятой республики». Если бы этого не произошло, то «эти учреждения усилили бы кризис, вызванный концом двухполярности и реформой пятилетия, которое поспособствовало “парламентизации” президентского превосходства».

Фрагментация политического ландшафта ведёт к тому, что ни один из кандидатов в президенты теперь не уверен в твёрдом парламентском большинстве. Это проблема, которая возникает перед всеми претендентами на Елисейский дворец, но в особенности встаёт перед Макроном и его молодым движением En Marche!, которое должно продемонстрировать, что обладает соответствующим партийным аппаратом и заслуживающими доверия кандидатами в законодательные органы.

5. Апрельские тезисы – стр. 6

В апрельском кризисе партии можно встретить ещё один элемент, подтверждающий одну из важнейших концепций “Что делать?” Ленина: «Классовое политическое сознание может быть принесено рабочему только извне, то есть извне экономической борьбы». Арриго Черветто объяснил все последствия этого фундаментального тезиса: задача партии – принести «извне» в класс «политическое сознание», понимаемое единственным способом, каким его можно понять в эпоху империализма, – «сознание всемирной действительности».

В то время как видение изнутри России таких людей, как Каменев и Сталин, вело к меньшевистскому оборончеству, возвращение Ленина извне России буквально физически представляло эту концепцию революционной партии эпохи империализма. Не в последний раз партия расколется именно на основе дихотомии “изнутри – извне”, то есть интернационализм против примата национальных проблем русской революции. Кризис конца 20-х годов, по сути, станет драматическим воспроизведением конфликта апреля 1917 года, когда сила нарождающегося российского государственного капитализма подчинит психологию части руководящей группы в римейке оборончества – теории социализма в одной стране, разрушив партию и приведя её к поражению.

4 (17) апреля Ленин выступил с “Апрельскими тезисами” как на исключительно большевистском собрании, так и на открытой встрече с меньшевиками (подготовительной в плане вентилируемого Каменевым и Сталиным объединения).

“Тезисы” были недвусмысленны: и после формирования временного правительства война оставалась «грабительской, империалистской». Следовательно? Пораженчество. «Своеобразие текущего момента в России состоит в переходе от первого этапа революции, давшего власть буржуазии в силу недостаточной сознательности и организованности пролетариата, – ко второму её этапу, который должен дать власть в руки пролетариата и беднейших слоёв крестьянства». Следовательно? Вся власть Советам! Полная поддержка крестьянской революции в русской деревне. Формирование нового «революционного Интернационала» и изменение названия партии на Коммунистическую.

6. Организационное объединение российской социал-демократии – стр. 7

Бурный промышленный рост последнего десятилетия XIX века увеличивал численность российского пролетариата, а противоречия капиталистического развития, нещадная эксплуатация со стороны буржуазии и репрессии царского правительства выдавливали в революционное движение, как пишет историк-большевик В. И. Невский, лучших, наиболее «смелых, активных и преданных рабочему делу сынов своего класса». На фоне развития капитализма всё меньше выходцев из буржуазной среды было готово жертвовать собой “ради общего дела”, как называли народовольцы борьбу с самодержавием. Народовольчество изживало себя, геройское самопожертвование выходило из моды, ему на смену шла мещанская теория “малых дел”. Это было время, когда в революцию шли, как пишет Невский, «пролетарий и физического, и умственного труда. [...] студент, имеющий грошовые уроки (сотни членов нашей старой гвардии), земский статистик (П. Н. Скворцов, Дубровинский и им подобные), изредка захудалый литератор, изредка инженер (Красин, Радченко и им подобные), изредка врач (Мицкевич и ему подобные)».

Этот стихийный процесс требовал всё более организованного и практически повсеместного вмешательства социал-демократии. Всё чаще в наиболее развитых социал-демократических организациях начинают раздаваться голоса о насущной необходимости объединения разрозненных в разных городах и местечках сил «в одно стройное, могучее целое». Так, в 1897 году, размышляя об опыте петербургской “промышленной войны”, В. И. Ленин писал в “Задачах русской социал-демократии”, что организация, подобная питерской, но имеющая свой собственный печатный орган и «объединяющая по крайней мере крупнейшие центры рабочего движения в России (округа С.-Петербургский, Московско-Владимирский, южный и важнейшие города, как Одесса, Киев, Саратов и т. д.)», а также «пользующаяся таким же авторитетом в среде русских рабочих, каким пользуется “Союз борьбы” среди с.-петербургских рабочих, [...] была бы крупнейшим политическим фактором в современной России, – фактором, с которым правительство не могло бы не считаться во всей своей внутренней и внешней политике».

7. Консервативный реформизм Висконсина для Трампа – стр. 8

Штат Висконсин насчитывает 5,6 млн жителей, в период с 1988 по 2012 г. он поддерживал кандидата в президенты от Демократической партии. В 2008 г. Барак Обама набрал здесь 56,2 % голосов против 42,3 % Джона Маккейна, победив в 59 округах штата, уступив 19 сопернику. На последних выборах Хиллари Клинтон получила 46,4 % голосов против 47,3 % Трампа. Последний одержал победу в 60 округах, а Клинтон – в 12-ти.

Если учитывать контекст истории Висконсина, победа Трампа приобретает политическое значение, которое значительно перевешивает 10 голосов выборщиков этого штата. Американский политолог Даниэл Элазар (1934–1999) помещает Висконсин в рамки традиций Большой Новой Англии – северного региона, простирающегося от Массачусетса до штата Вашингтон и пересекающего северные округа штатов Нью-Йорк, Пенсильвания, Огайо, Иллинойс, Айова, Канзас, Миннесота и штат Висконсин. Этот регион сохранил пуританскую кальвинистскую моралистическую традицию первой волны английских мигрантов, которые высадились в Массачусетсе, а затем распространились по всему северу Соединённых Штатов. С начала XIX века с этими поселенцами смешались мигранты-протестанты из Германии и Скандинавии (Elazar D. J. The American Mosaic. Boulder, CO: Westview Press, 1994).

Материальные условия, в которых оказываются жители, формируют их идеологии и культуры, которые затем передаются из поколения в поколение. Столкнувшись с необходимостью выжить во враждебных и диких условиях Большой Новой Англии, европейские англосаксонские мигранты были вынуждены смягчить свой кальвинистский индивидуализм в пользу чувства «общности» и форм местного самоуправления. Вышестоящие политические власти штата рассматривались в качестве инструмента поддержки местных общин, а не как их замена. Люди подчинялись этим местным общинам, чтобы строить «град на холме», о котором Иисус говорил в своих проповедях. Это была идеализация совершенного общества, антагонистичного по отношению порочному европейскому обществу. Первые англосаксонские колонисты, в Англии XVII века бывшие подавляемым меньшинством, психологически испытывали ощущение исхода, описанного в библии. Их побег из Европы рассматривался в том же свете, что и побег евреев из рабства в Египте. Пересечение Атлантического океана сравнивалось с пересечением Красного моря, а огромный американский континент стал землёй обетованной нового Израиля (Feiler В. America’s Prophet: Moses and the American Story. New York: HarperCollins, 2009).

С течением веков религиозный фанатизм поубавился, но глубоко идеалистическая традиция, которую описывают как «светское пуританство», сохраняется (Woodard C. American Nations. New York: Viking, 2011). Эта социальная психология периодически всплывает в истории США. Начиная с проповеди одного из основателей Массачусетса Джона Уинтропа (1588–1649) и продолжая речами Джона Ф. Кеннеди, Барака Обамы, Рональда Рейгана, Джорджа Буша и Митта Ромни, миф о «граде на холме» стал постоянной темой американской политики.

Карта. Потоки формирования Большой Новой Англии

Таблица. Годовой семейный доход

8. Корейский кризис и возвращение Японии – стр. 9

Выборы Дональда Трампа и отстранение Пак укрепили представление Токио о том, что в азиатских отношениях существует «вакуум власти». Страна восходящего солнца боится вторжения китайского Дракона. Интенсификация дипломатической деятельности Синдзо Абэ стала особенно очевидной в течение последних двух лет. Всеобщие выборы в прошлом июле подтвердили, что Абэ находится в более выигрышном положении внутри страны, чем любой из его предшественников. Впервые с 1956 года есть большинство, выступающее за изменение конституции.

Под знаменем «активного пацифизма», которое объединяет веру в масштабную внешнюю проекцию Японии и риторику враждебности по отношению к Китаю, Абэ смог завоевать поддержку так называемой «третьей силы» – неоднородной националистическо-популистской коалиции, возникшей в 2012 году. Используя стратегию азиатского поворота Обамы, Абэ попытался вытащить Японию из двадцати потерянных лет, в течение которых она играла пассивную роль в международной и региональной проекции.

По мнению индийского комментатора Раджи Мохана, в Японии существуют течения, видящие в неизвестной величине президентства Трампа возможность «узаконить и расширить роль Японии как гаранта безопасности в Азии». Недавнее соглашение с Нью-Дели о гражданском использовании ядерной энергии (подписанное в ноябре), фактически избавившее Индию от статуса страны-изгоя (несмотря на китайскую оппозицию), может быть рассмотрено в этом контексте. Решением послать войска в Южный Судан Токио расширил правила относительно участия своих войск, таким образом, усилив способность Японии к проекции, что соотносится как с интересами США, так и самой Японии. Токио также стремится нормализовать свои отношения с Москвой, закрыв территориальный спор о Курильских островах.

Наконец, Япония, несмотря на американские угрозы, ратифицировала соглашение о ТТП (Транс-Тихоокеанском партнёрстве). По мнению Yomiuri Shimbun, это – не что иное, как сигнал, посланный в различных направлениях: Вашингтону, Пекину, остальной части Азии и ЕС. Токио помнит, что концепция дзюдо, или “пути податливости”, основана на взаимодействии сил.

9. Кантон вновь обуславливает реструктуризацию Пекина – стр. 10

Уже более года китайский реформизм ведёт широкую политическую кампанию по поводу лозунга “реформ предложения”, то есть реструктуризации. Со страниц “Жэньминь жибао” Си Цзиньпин призывает «сократить неэффективное предложение, увеличить эффективное». Речь не идёт об установлении тождества между реформизмом и реструктуризацией, а скорее об империалистической попытке использовать последнюю в интересах первого.

Китайский капитализм вторгался на мировой рынок, расширяя свою базу эксплуатации на миллионы и миллионы рабочих, превращаясь из сельскохозяйственно-промышленного капитализма в промышленно-сельскохозяйственный, проходя через серию международных коллизий и тесно связанных с ними политических кризисов. Созрев империалистически до форм финансово-промышленного капитализма, он вынужден повышать производительность труда и расширять базу эксплуатации как внутри страны, так и вовне. Китай не сможет в короткие сроки осуществить свой обширный план реструктуризации, так как это приведёт к значительному перераспределению прибавочной стоимости в Китае и за его пределами, что, в свою очередь, спровоцирует крайне интенсивную политическую конфронтацию. Крупный промышленный и финансовый капитал китайского Дракона в настоящее время борется за приспособление государственной надстройки к потребностям империализма, готовясь тем самым к десятилетию реструктуризации, но он оказывает давление на ряде фронтов, чтобы ускорить её, учитывая бурные времена мирового противостояния.

Иными словами, проблема реструктуризации – это политическая и стратегическая проблема для восходящей китайской буржуазии, поскольку она меняет отношения между крупными промышленными группами и различными фракциями буржуазии, а это отражается на их взаимоотношениях в государстве. Кроме того, реструктуризация видоизменяет отношения Китая с другими великими державами в их межимпериалистической борьбе и стремлении поделить мир. Всё это подтверждает марксистскую теорию политики и международных отношений. Идеология реформизма, напротив, представляет в качестве политического выбора то, что в конечном итоге является необходимостью, детерминированной глобальными противоречиями, которые подпитывает сам Китай.

10. Николай Бухарин и идеологии кризиса – стр. 11

Незадолго до того, как Бухарин был окончательно устранён сталинской контрреволюцией, в 1936 году он совершил свою последнюю поездку за пределы России. 3 апреля он выступил в Париже с докладом “Основные проблемы современной культуры”.

В этом эссе он вновь подтвердил марксистский подход, связывающий «культуру» с социально-экономическими и историческими условиями, лежащими в её основе. Однако Бухарин был далёк от того, чтобы недооценивать влияние культуры на массы и поведение протагонистов исторических процессов. Ссылки на Советскую Россию показывают остаточное и отчаянное убеждение в том, что в стране всё ещё сохраняются основы для построения социализма. Но, возможно, они также отражали попытку спасти себя и свою оставшуюся в Москве семью. Тем не менее по возвращении он был арестован, осуждён и казнён.

Выступление Бухарина происходило на фоне мирового кризиса 1930-х годов: «нет никакого сомнения в том, что мы переживаем в настоящее время величайший мировой кризис, какой когда-либо знала история; кризис всей цивилизации, как материальной, так и духовной». Вывод состоял в следующем: «Реальные процессы общественной жизни, отражающие этот кризис, являются блестящим подтверждением теории Маркса, который их все предсказал».

11. Биотехнологический рубеж – стр. 12

Всё чаще приходится слышать жалобы на низкую заработную плату и призывы к её повышению. Источник? Председатель Европейского центрального банка Марио Драги.

Ровно месяц назад на страницах нашей газеты мы ссылались на пресс-конференцию от 9 марта, где Драги взывал к «росту заработной платы». Теперь мы принимаем к сведению его выступление на ежегодной конференции ECB Watchers во Франкфурте, где он был ещё точнее. Драги сетует на отсутствие «компонента заработной платы» в желанном увеличении инфляции. Milano Finanza от 7 апреля пишет, что «Драги никогда не придавал такое большое значение фактору заработной платы». Это другое лицо европейской империалистической политики в отношении заработной платы, приспособленное для фазы восстановления.

Драги указывает на три фактора, способствующие сохранению низких заработных плат: уровень безработицы, которая, хотя и снижается даже в средиземноморской Европе, остаётся высокой; утрата инструмента индексации заработной платы, устранившая даже минимальное автоматическое восстановление заработной платы; и, наконец, завершение и без того не впечатляющего контрактного сезона, что на некоторое время отодвинет дальнейшие гипотезы увеличения заработной платы. В феврале ISTAT зарегистрировал увеличение заработной платы в Италии на 0,3 % годовых, однако из-за внешних факторов, таких как цены на энергоносители, инфляция выросла на 1,6 %.

Со стороны профсоюзов призыв центрального банкира встречен похвалами, но со значительной дозой недоговорённости в отношении ответственности. Те же самые профсоюзники не так давно расхваливали подписание крупнейших контрактов, начиная с договора работников металлообрабатывающей промышленности, из которого была удалена значительная часть прироста заработной платы и заменена на мнимые социальные пособия, не отражающиеся на других договорных аспектах и пенсиях. Сегодня наша оппозиция этому решению проблемы находит ещё одно подтверждение.

12. СУТЬ МОМЕНТА – стр. 12

Было время, когда говорили о «дипломатии канонерок». Сегодня им на смену пришли авианосцы, но смысл остался прежним. Ракеты являются таким же инструментом внешней политики, как и слова послов. В отношениях между державами имеют значение сила и устрашение; демонстрация способности и готовности использовать их является частью правил игры. Достаточно подумать о Дональде Трампе, ворвавшемся в качестве джокера в американскую политику. Как только он нанёс удар по Сирии и Афганистану и двинул флот в Азию, весь старый истеблишмент Вашингтона сплотился вокруг него и признал своим: Трамп наконец-то заговорил на их языке. Кроме того, в Азии Китай планирует запуск шести авианосцев; под воздействием северокорейского пугала Япония задумалась о системе крылатых ракет, способной на упреждающий удар; Южная Корея совместно с США установит противоракетную систему THAAD. Индия и Пакистан уже давно обладают собственными средствами ядерного сдерживания. Что касается Запада, то США резко увеличили военные расходы, а Европа вновь достала досье о совместной обороне.

Лучше понять это вовремя – вот он новый, громко заявляющий о себе политический цикл, новая стратегическая фаза. Существует ли урок для нашего класса? Конечно. Либо рабочие будут вести свою собственную политику, либо закончат на буксире политики других. Показательно то, что случилось с французской левой, то есть с остатками социалистической партии, разделёнными между Макроном и Меланшоном. Первый стал паладином Европы-державы, второй – соперником Марин Ле Пен в мутных водах совранизма и этатизма, отличающимся от неё лишь номинально.

Требуется интернационалистская политика, но чтобы воплощать её в жизнь необходимо знать ряд вещей: что такое китайский, американский, европейский, российский империализм, и что такое империализм унитарный, объединяющий всех хищников. Требуется партия-наука, революционная наука для борьбы против всех империализмов и их идеологий. Она не позволит стать инструментом ни в чьих руках.

 

Архив

Здесь можно познакомиться с содержанием архива Бюлллетеня «Интернационалист»:

А также с содержанием архива научного марксистского вестника «Интернационалист»:

Здесь можно ознакомиться с содержанием архива научной марксистской газеты "Пролетарский интернационализм":