На главную

Наша газета

Наши издания

ИЗДАТЕЛЬСКАЯ НОВИНКА

Наши инициативы Лекции Конференции

Контакты

Представляем Вашему вниманию краткую информацию о содержании свежего номера научной марксистской газеты "Пролетарский интернационализм", а также архива предыдущих номеров нашего издания. Всех заинтересованных в приобретении газеты просим обращаться по электронной почте. Мы также приглашаем к распространению нашего издания частных лиц.

Ежемесячная марксистская газета "Пролетарский интернационализм" № 57, май 2019 г.

1. Вариации и градации империалистической демократии в новом политическом цикле – стр. 1

В ряде редакционных статей, собранных более десяти лет назад в книге L’Europa e lo Stato (Lotta Comunista, 2006), были обобщены размышления Арриго Черветто об империалистической демократии, который опирался на тезисы Маркса, изложенные в “Капитале”, и теорию Ленина о реакционной демократии на стадии империализма. Напомним три аспекта. Во-первых, именно из “Капитала” исходит ключевой тезис о демократии как наилучшей оболочке для буржуазной диктатуры. В первом томе Маркс пишет, что до тех пор, пока наёмный работник может продавать свою рабочую силу в качестве товара, «он должен иметь возможность распоряжаться ею, следовательно, должен быть свободным собственником своей способности к труду, своей личности». Производство прибавочной стоимости, делался вывод, «предполагает продажу товара рабочая сила, но это подразумевает определённые рамки личной свободы и юридического равенства». Тем самым «политические закономерности, присущие этому условию свободы и равенства, являются неотъемлемой частью общественной экономической формации, они непосредственно детерминируются – в своей чистой форме – самими предпосылками капиталистического производства». (Teoria e democrazia imperialista europea // Lotta Comunista № 338. Ottobre 1998).

Вопрос «чистой формы» и её вариаций рассматривался Черветто в 1976 году: Маркс в третьем томе “Капитала” «выделяет демократическую форму капиталистического государства как специфическую и видит в других его формах “вариации” и “градации” “специфической формы”» (L’ineguale sviluppo politico e lo Stato borghese // Lotta Comunista № 69. Maggio 1976).

Одна из целей Черветто состояла в том, чтобы обнаружить уже в трудах Маркса и Энгельса теоретический фундамент для изучения конкретной, империалистической стадии капитализма, и, следовательно, империалистической демократии, о которой классики марксизма ничего не знали и не могли знать: однако, в теоретической формулировке “Капитала”, именно потому, что там была выделена «чистая форма» буржуазного политического господства, уже содержались предпосылки для понимания будущих «вариаций» и «градаций». Итак, процитируем редакционную статью: «Специфической формой капиталистического государства является демократическая форма буржуазной диктатуры в самом что ни на есть чистом виде. Это “чистая” оболочка “чистого” экономико-капиталистического содержания, то есть общества, состоящего только из предпринимателей и наёмных работников, стремящегося к максимальной концентрации средств производства. “Вариации” и “градации” “специфической формы” буржуазного государства являются выражением вариаций и градаций “чистого” капиталистического экономического развития». В условиях неравномерного экономического и политического развития неравномерным является и развитие государства. «Это ставит проблему вариаций и градаций демократии, то есть “специфической формы” буржуазной диктатуры. Теоретическая и практическая история буржуазной политики является, с этой точки зрения, историей практического столкновения и теоретических дебатов между выражениями вариаций демократии».

2. Китайский вопрос империалистической демократии – стр. 2

Новым объектом анализа Черветто в середине 80-х годов станут политические последствия колоссального развития рынка финансового капитала. В мартовской статье 1998 года, обращаясь к ключевым аспектам этого анализа, мы видели в этом «всё более явную политическую черту цикла империалистического либеризма» (Variazioni europee della democrazia imperialista // Lotta Comunista № 331. Marzo 1998). Черветто писал по поводу крайней мобильности и неконтролируемости этих потоков капитала: «Это ставит проблемы финансовой власти, так как не существует центрального мирового банка, который представлял бы экономический и финансовый феномен подобных пропорций. Это ставит проблемы политической власти, так как не существует надстроек, которые отражали бы базисное движение подобного размаха. В этом смысле каждое – даже самое сильное – империалистическое государство претерпевает сокращение власти; как бы то ни было, доли мировой экономической власти превышают доли мировой политической власти».

Как видно, сегодняшняя эрозия или кризис суверенитета находится в объективе нашего анализа на протяжении сорока лет, то есть с тех пор, как цикл империалистического либеризма наложил свой отпечаток как на плюрализм надстроек, которые управляют глобальными отношениями унитарного империализма – МВФ, ГАТТ, затем ВТО, Всемирный банк, БМР, ОБСЕ, – так и на архитектуру власти в отдельных государствах. Марксистская наука не оказалась застигнутой врасплох, потому что ей удалось восстановить теорию Маркса, Энгельса и Ленина, но дело не в этом: проблемой является новое политическое сражение, которое сейчас открылось. Речь идёт об использовании наследия теории и анализа, накопленного за десятилетия цикла империалистического либеризма, для понимания фундаментальных черт и фронтов сражения новой стратегической фазы и нового политического цикла.

3. Независимость монетарной власти во всемирном противостоянии – стр. 3

Градус империалистического противостояния повысился. Полемика Трампа с ФРС – лишь одна из его глав. Знаменательна публикация институтом Брейгель статьи, в которой Жан Пизани-Ферри отдаёт должное Ленину за анализ империализма. Французский экономист признаёт, что пять ключевых признаков империализма, выделенных Лениным, больше не являются формулой, которую «до недавнего времени только несгибаемые большевики по-прежнему считали соответствующей текущему состоянию, [...] ленинское определение кажется всё более и более точным».

Но это корыстное признание. Империализм со всеми своими признаками обретает как в глазах Пизани-Ферри, так и в глазах американцев и китайцев, воплощение в виде «технологических гигантов США» и «всё более крупных государственных национальных паладинов» Китая. Евросоюз должен будет предоставить право вето в отношении слияний своему представителю по иностранным делам и безопасности и содействовать международному использованию евро в ответ на использование Вашингтоном в качестве инструментов внешней политики Уолл-Стрит и доллара.

Крупный чиновник спрессовывает ленинские признаки в один: «экономическая концентрация и геополитическое соперничество неразделимы». Для Европы возрождение империализма – это «большой шок», а

4. Момент Макиавелли для Европы? – стр. 4

Томас Гоббс в трактате “О гражданине”, опубликованном за десять лет до “Левиафана” и более чем через столетие после “Рассуждений” Макиавелли, отмечает: «Напрасно заботятся о внутреннем мире те, кто не может обезопасить себя от внешних врагов, равно как не могут обезопасить себя от внешних врагов те, чьи силы не объединены».

Но сможет ли европейский империализм утвердиться в качестве полюса противостояния, навязывая централизацию своих политических сил в ускорившееся из-за Азии время?

«Защищая избирателей [...], ЕС может стать более популярным и, следовательно, более стабильным. Но есть два недостатка», – отмечает The Economist: «Во-первых, некоторые меры защиты вредят открытости, которая поддерживает европейское процветание. [...] Вторая проблема заключается в том, что у ЕС нет координационных властей, необходимых для того, чтобы играть ту мускульную роль, которую обещают его лидеры».

Европейский порядок согласуется с нынешней открытостью мирового цикла и многосторонним характером противостояния держав. Но железные времена требуют Левиафана.

5. Военнопленные и мировая революция (часть II) – стр. 5

Для проведения агитационно-пропагандистской работы среди военнопленных при КЗО в Берне была создана комиссия интеллектуальной помощи военнопленным, которую возглавлял опытнейший большевик Григорий Шкловский, вступивший в партию в момент её основания в 1898 году. С 1909 года он находился в эмиграции. В период сталинской контрреволюции, как и многие другие представители левой оппозиции, Шкловский был исключён из партии “как троцкист” и расстрелян в 1937 году.

В феврале 1917 года комиссия в отчёте ЦК партии писала: «Война – кровавый предметный урок для сотен тысяч крестьян и рабочих. Она вырывает их из неподвижных условий быта, вовлекает массы, до сих пор отгороженные от политики китайской стеной самодержавия, полицейщины и вековых предрассудков, вколоченных в их сознание гнётом крепостников и поповской проповедью “христианского смирения”, в круговорот новых интересов». Традиционно-патриархальное мужицкое отношение к жизни – смиренность, благодушие, ограниченность, то есть все те качества, которые могут быть объединены выражением “каратаевщина”, – разрушалось ударами передовых разработок человекоубойной промышленности. На фоне империалистического варварства, достигшего высшего на тот момент уровня, «измены сухомлиновых и мясоедовых, безудержный разгул воровства в тылу и на фронте, дикий произвол крепостников-помещиков в военных мундирах, полная разруха военной организации, отданной на поток и разграбление всем тёмным силам царской монархии», раскрывали глаза даже самым отсталым крестьянам в шинелях, заставляя призадуматься, «разобраться с помощью скудных обрывков случайно, на ходу, приобретённых “политических знаний” в небывалой международной обстановке». Тем самым, “война на истощение” истощала и долготерпение масс, вызывая «глухое недовольство, с течением времени переходящее в сознательный протест». И если на фронте «их думы, чувства и воля» были зажаты «тисками колоссальной и беспощадной военно-бюрократической машины», то в плену, пусть и отчасти, они освобождались от «её гнетущего давления и тлетворного, разлагающего влияния; ценою всевозможных лишений и хронического недоедания, а зачастую и непосильной работы» получали «возможность привести в порядок свои хаотические “стадные” переживания, осмыслить их». Этому сконцентрированному во времени и пространстве процессу способствовало «долетающее революционное слово», на которое военнопленные набрасывались «с жадностью людей, изголодавшихся по правде десятилетиями подневольного существования». Один из находившихся в плену рабочих-большевиков писал: марксистская литература здесь «всасывается, а не читается».

В большевистскую комиссию военнопленные обращались не только за книгами и газетами, они просили сухарей, табака. Те, кого под звон колоколов и “Марш прощания славянки” отправляли “защищать отечество”, осознавали, что ни царь, ни буржуазные «“филантропы” пальцем о палец не ударят, чтобы накормить голодное “христолюбивое и достославное воинство”, которое отслужило свою службу и не может быть полезным для приобретения Константинополя и проливов». Это был практический урок по теме: «Рабочие не имеют отечества». Приезжавшие в лагеря представители Красного Креста, натыкаясь на неудобные вопросы – «как живётся на Руси, всех ли ссылают по тюрьмам, как рабочих-депутатов», – неуклюже отвечали: «солдатам не нужно знать этого». Всё это ещё сильнее толкало военнопленных к большевикам.

6. Из Кинталя в Москву – стр. 6

После Циммервальдской конференции левые создали собственную интернациональную фракцию во главе с Бюро (Ленин, Зиновьев и Радек). Это малочисленное меньшинство в ноябре 1915 г. смогло выпустить (за счёт большевиков) единственный номер бюллетеня, названого Internationale Flugblätter. 7 января 1916 года “Наше слово” (парижская газета Троцкого и Мартова) с иронией приветствовало выход нового издания, назвав его бюллетенем «восьмёрки», которая претендовала на создание интернациональной фракции.

Несмотря на все трудности, Ленин стремился создать международную “Искру”, и этот проект воплотится в жизнь благодаря сотрудничеству с левыми голландцами из числа сторонников Генриетты Роланд Холст и Антона Паннекука. Так появился журнал Der Vorbote, два номера которого выйдут в 1916 году, но позже издание прекратится из-за внутренних разногласий левой фракции. Разделённые изнутри, участники левой оставались ненавистными для значительной массы «парацентристов», представленных в Циммервальдском течении. Троцкий, приглашенный к сотрудничеству, ответил Роланд Холст отказом: «Vorbote стал органом так называемой Циммервальдской левой, то есть группы Ленина. [...] Русские и голландские экстремисты не могут основать Интернационал». По мнению Клары Цеткин, журнал был сектантским. Рязанов назвал сотрудников Der Vorbote «бешеными».

Несмотря на изоляцию и непонимание, усилия Ленина принесли плоды. На Второй международной социалистической конференции, состоявшейся в Кинтале 24–30 апреля 1916 года, 19 из 44 делегатов проголосовали за резолюции левых. Но не следует переоценивать данный успех. Ленин при выработке резолюции сознательно не настаивал на включение в неё основных лозунгов большевиков (революционное пораженчество и создание нового Интернационала). В рукописях о стратегии Черветто отмечал, что это на фактах демонстрировало, что «сближение Фрёлиха и Радека с Лениным особо не чувствовалось», а «тезисы Ленина по-прежнему оставались изолированными в Циммервальдской левой».

7. Восхождение Китая и иммигранты в балансе Токио – стр. 7

Как в Токио, так и в Пекине использование неоднозначности и двойственности возведено в форму искусства. Китай уже давно желает привлечь Японию к сотрудничеству в рамках Шёлкового пути и его финансового подразделения – Азиатского банка инфраструктурных инвестиций (AIIB). Однако в Японии такое партнёрство вызывает споры. Проект пользуется поддержкой министерства экономики и «китайской фракции» ЛДП, которые видят здесь прекрасные экономические возможности. Не имеют антикитайских предрассудков и крупные группы Японии. Однако этому сценарию противостоит Гаймушо (министерство иностранных дел), которое сосредоточено главным образом на безопасности и боится спровоцировать гнев Вашингтона.

Компромисс, который якобы был вынужден искать Абэ, и ради которого он даже угрожал уйти в отставку летом 2017 года, заключается в формуле сотрудничества в третьих странах, что на языке японской дипломатии означает соблюдение «соответствующего расстояния» от китайского Дракона. Эта дозировка приемлема для Пекина, который рассматривает её как применимую и для отношений с ЕС и Индией. Более того, встречный интерес уже продемонстрировал Берлин, Париж и Нью-Дели. Конечно, такое «мягкое уравновешивание», по мнению китайских источников, не равносильно американскому «антикитайскому альянсу»; в крайнем случае оно позволяет увеличить «переговорный рычаг» заинтересованных сторон во имя их национальных интересов

По данным Nikkei, Си предложил Моди неформальное соглашение в Ухане в апреле 2018 года: имеется ввиду «пакт о ненападении c Индией», в соответствии с которым Пекин обещал не угрожать жизненно важным интересам Нью-Дели как на Индийском субконтиненте, так и в Бенгальском и Персидском заливах.

8. Нервная дипломатия в ВТО – стр. 8

Роберт Зеллик, преемник Баршефски на посту торгового представителя в период президентства Буша-младшего, в 2005 г. обнародовал доктрину, отводящую Китаю роль «ответственного партнёра» в мировом порядке. В течение многих лет эта формула была рефреном возможной китайско-американской дуополии, в то время как сегодня две державы обмениваются обвинениями в безответственности. Тем не менее президент Трамп и председатель Си до сих пор подтверждали перемирие, подписанное на последнем саммите Большой двадцатки, а первая встреча на уровне заместителей министров, прошедшая в январе, завершилась в Пекине в атмосфере всеобщего оптимизма.

Следует отметить, что посол Ши – не единственный голос США в ВТО, где мнение Соединённых Штатов выражает также один из заместителей генерального директора этой организации. Алан Вольф, уже бывший переговорщиком президента Картера в 1970-х годах, является представителем более традиционной и долгосрочной стратегической линии Вашингтона, отличающейся от линии правительства Трампа. Вступив в должность в сентябре 2017 г., Вольф продолжил свою кампанию по защите многосторонности и роли США в ВТО, проведя серию выступлений в МВФ, ЕЦБ, а также в американских и европейских университетах. В своих выступлениях, исходя из положения о том, что «существует только одна мировая экономика», в которой «нации взаимосвязаны», Вольф стремился подчеркнуть то, что с нашей точки зрения является унитарным моментом империализма: «Поскольку для совместного использования есть только эта планета, необходимо найти общий язык и определить новый баланс».

Это напоминание, что идеологии глобализации, пусть и переживающие кризисы и мутации, никуда не исчезли. Что касается рассуждения об единственной планете, то это обоюдоострый аргумент, который может быть использован также для доказательства того, что наряду с компромиссом неизбежна и конфронтация. Спор в ВТО, где даже послы, похоже, забывают о дипломатии, подтверждает, что напряжённость усиливается.

9. Пиранделло в Киеве – стр. 9

Генеральный директор Российского совета по международным делам (РСМД) Андрей Кортунов в статье Crimea and Punishment, опубликованной интернет-ресурсом Института Монтеня, прокомментировал кризис в Керченском проливе 6 декабря прошлого года следующим образом: «Украинский вопрос в основном является европейским, [...] он решается в погоне за целью построения аутентичной архитектуры европейской безопасности».

Ранее в статье “Россия и Украина: четыре сценария на будущее” (22 ноября 2018 г.) Кортунов изложил некоторые возможные сценарии развития отношений между Россией и Украиной: «наиболее оптимистический» и предпочтительный сценарий – это сценарий «европейского моста», основанный на признании независимости Украины Москвой, с одной стороны, и плюрализма регионов Киевом – с другой. «[Украинская] проблема не может быть решена окончательно без воссоздания европейского единства, [то есть без реализации концепции] единой и неделимой европейской безопасности». Следовательно, пишет Кортунов уже в другой статье – “Утешение историей” от 19 апреля прошлого года, «восстановление европейского единства и решение украинской проблемы нужно рассматривать как два параллельных, а не два последовательных процесса».

После окончания украинских выборов президент РСМД Игорь Иванов в статье “Помочь Украине – помочь себе”, написанной специально для газеты “Коммерсантъ” (см. № 71 от 22 апреля), подтвердил: «Ведь в конечном счёте речь идёт не только об Украине как таковой, но и о фундаментальных основах европейской и евроатлантической безопасности, которые рушатся на наших глазах. [...] обсуждения украинской и более широкой европейской повестки дня должны быть параллельными, а не последовательными процессами». Сегодня Зеленский унаследовал давний кризис, но он знает, что решение должно быть найдено не на Днепре, но где-то между Москвой и Рейном.

Президентские выборы на Украине, 2019 год

10. “Момент Токвиля” для европеиста Макрона – стр. 10

Столкнувшись с политическим кризисом “жёлтых жилетов”, когда весь объём критики оказался нацелен на фигуру президента, Эмманюэль Макрон пытается вернуть контроль над ситуацией. Данный им старт «большим национальным дебатам» был призван, выражаясь его же словами, освятить «второй акт» пятилетнего мандата. Le Monde приводит реплику министра образования Жана-Мишеля Бланке о «моменте Токвиля», то есть попытке сократить дистанцию между политическим руководителем и народом; другими словами, попытке обеспечить европеизм Макрона массовой базой, переходя из обороны в наступление. В письме к французам глава государства обозначил готовность учесть итоги дебатов, заявил об открытости по отношению к возможной конституционной реформе, но одновременно утвердил некоторые принципиальные позиции: он не отступит от осуществления широкой реформисткой программы.

Национальное объединение Марин Ле Пен и “Непокорённая Франция” Жана-Люка Меланшона, уже огласившие списки кандидатов на следующие выборы, дали понять, что не примут участия в дебатах, так как считают их актом “пускания дыма в глаза”. Социалистическая партия и “Республиканцы” сделали выбор в пользу критического участия. Кампания за Европу началась.

11. Сражения за ренту в Алжире и Триполи – стр. 11

По мнению различных наблюдателей, мятеж вооружённых сил в алжирском контексте можно рассматривать в качестве попытки перебалансировки властей: армия, претендующая на роль гаранта перехода, вмешивается в нарушение равновесия, вызванное “гиперпрезидентским” порядком, к которому стремился клан Бутефлики. Этот порядок теперь неспособен гарантировать объединение государственных фракций. Следовательно, сейчас стоит вопрос придания выходу из кризиса конституционного характера – новые президентские выборы назначены на 4 июля.

Это решение считается хрупким, поскольку основывается на фигурах долгосрочных и институциональных, а потому дискредитированных в глазах улицы. Это так называемые “три Б”: Абдель Кадер Бенсалах – спикер Сената, поднявшийся до временного главы государства, Тайеб Белайз – председатель конституционного совета, и Бедуи. В дозировках вооружённых сил у них, пожалуй, будет ещё одна функция: “предохранителей”, приносимых в жертву как для успокоения улицы, так и в торге с другими фракциями и группами, по аналогии с определённым числом полупубличных “олигархов”, попавших на мушку алжирской судебной системы.

Отстранение главы спецслужб интерпретируется в качестве попытки Салаха вернуть под эгидой военных «Левиафана безопасности», глубинное государство, представляющее собой укоренённую сеть с Медьеном в центре. Тартаг и Медьен, позиционирующие себя посредниками между армией и кланом Бутефлики, якобы стали инициаторами «неконституционного решения» кризиса с временным президентством Зеруаля Ламина – сенатора, бывшего генерала и президента с 1994-го по 1999 годы. Начиная с 2013 года Бутефлика вёл скрытую борьбу против DRS, военной и политической разведки, сумев в 2015-м отстранить Медьена и разделить аппараты безопасности, подчинив их президенту.

12. Новый европейский рабочий – стр. 12

В 28 странах, которые составляют Европейский Союз, насчитывается 230 миллионов занятых, из которых почти 200 миллионов являются наёмными работниками.

В недавнем докладе Европейской Комиссии (декабрь 2018 года) рассматривается один из аспектов жизнедеятельности этой значительной массы работников – “Мобильность труда внутри ЕС”.

Передадим обобщённую выдержку из доклада. Если ограничиться ЕС, то имеется 9,5 млн человек, работающих и проживающих по меньшей мере год в стране, отличной от той, гражданством которой они обладают. К ним надо добавить 1,4 млн человек, регулярно пересекающих границы – cross-border workers, которые работают в стране, отличной от той, в которой они проживают. И это ещё не все: есть 1,8 млн работников, прикомандированных на некоторое время предприятиями для работы в другой стране ЕС.

Речь идёт о разных типах “мобильности” – если их суммировать, то получится 12,7 млн занятых. Если учесть, что почти 90 % из них являются наёмными работниками, то станет ясно, что имеется около 11,5 млн “мобильных” наёмных рабочих внутри ЕС, то есть чуть меньше 6 % от общей численности европейских наёмных рабочих. Это и есть европейские рабочие де-факто, а не только по названию.

Опубликованные Евростатом таблицы регистрируют ещё 9 млн занятых с гражданством не входящих в ЕС стран: очевидно, речь идёт об официальных данных, не учитывающих “нелегальных” трудящихся, а также не рассматривающих иммигрантов, которые уже стали европейскими гражданами. Это новые европейские рабочие, численность которых особенно увеличилась в течение последних лет. Если прибавить их к внутренней мобильности, то по минимальным расчётам они составят более 20 миллионов из общего числа наёмных рабочих, или более 10 %.

13. СУТЬ МОМЕНТА – стр. 12

Что ни день, то сюрприз. Телевизионная политика имеет беспрецедентно большое значение, настало время клоунов и клоунады. Искать каждый день эффектную шуточку, создавать видимость непримиримой борьбы на ток-шоу, победитель которой оценивается лайками и размером аудитории. Поместить в сети фотографию с семьёй, собакой, новой девушкой, в спортзале или с пивом, с борщом или со свечкой, посылая сигнал: мы – такие же, как вы. Неважно, продумано ли всё это политтехнологами или эстрадными продюсерами, но оно захватывает мозг и отвлекает от реальности, делает пленниками вечного настоящего: будущего нет, выхода нет, живи одним днём, расслабься и получай удовольствие. Сомнамбулы, шуты, весь этот цирк, который вращается вокруг извлечённого из цилиндра кролика. Реальность стала выдумкой, раз от раза новая приманка, а крючок прежний – крючок буржуазных идеологий.

Буржуазия, этот класс гоголевских коробочек и пушкинских скупых рыцарей, никогда не отправляет в утиль идеологические одеяния прошлого – она перешивает их под новую моду и зачастую на её подиуме появляются Наполеоны в джинсах или Макиавелли в юбке. Новое и старое смешивается в самых причудливых формах, а получающаяся в результате этого смесь, как и прежде, нацелена на сохранение классового господства.

Великие штормы, которые регулярно сотрясают мир, являются продуктом капиталистической конкуренции, но для буржуазии эти бури всякий раз наступают внезапно и неожиданно; она неспособна понять природу тех сил, которые господствуют над ней самой.

По той же причине она забывчива. Нет истории, у которой она способна взять урок. Нет глубинных тенденций, которые ей необходимо обнаружить и реконструировать, чтобы понять направление перемен. Единственная проблема – трагикомедия сегодняшнего дня. Их мир – это эффектный сценарий будущих электоральных побед и роста продаж. Наш мир – это действительная жизнь классовой борьбы.

Хуже для них, для буржуазии, погрязшей в своих частных интересах: их политика – это набивший оскомину припев. Лучше для нас, сознательных наёмных рабочих, при условии, если мы сможем понять преимущество марксистской науки и облечь её в броню организации.

 

Архив

С кратким содержанием архива Бюлллетеня можна ознакомиться по этой ссылке:

Здесь можно познакомиться с содержанием архива Бюлллетеня «Интернационалист»:

А также с содержанием архива научного марксистского вестника «Интернационалист»:

Здесь можно ознакомиться с содержанием архива научной марксистской газеты "Пролетарский интернационализм":