На главную

Наша газета

Наши издания

ИЗДАТЕЛЬСКАЯ НОВИНКА

Наши инициативы Лекции Конференции

Контакты

Представляем Вашему вниманию краткую информацию о содержании свежего номера научной марксистской газеты "Пролетарский интернационализм", а также архива предыдущих номеров нашего издания. Всех заинтересованных в приобретении газеты просим обращаться по электронной почте. Мы также приглашаем к распространению нашего издания частных лиц.

Ежемесячная марксистская газета "Пролетарский интернационализм" № 44, апрель 2018 г.

1. Мировые коллизии и новый политический цикл – стр. 1

Итальянские парламентские выборы подтверждают очень широкие колебания, которые с 2013 года привели к смещению более двух пятых электората. Мы не удивлены. Уже пару лет анализируя то, что мы называем циклом атлантического упадка и кризиса социал-демократизации, мы стараемся придать научный порядок чертам нового политического цикла, который объединяет все старые метрополии империализма.

В Италии вновь проявляются связи между европейским принуждением, межклассовым компромиссом по проблемам налогов и государственных расходов, экономической и политической регионализацией в дуализме между Севером и Югом – всё это долгосрочные закономерности, даже если на самом деле они трансформировались и изменили пропорции. Под ударами мировых коллизий нового цикла подходят к своему концу полвека социальной и политической борьбы. Сравнение с прошлыми десятилетиями показывает эти тенденции в их динамике, позволяя нам проанализировать сегодняшние перемены.

В одном из майских докладов 1972 года, анализируя политические выборы, которые подтвердили, что христианские демократы являются «ключевой партией» итальянской буржуазии, Арриго Черветто отмечал, что по сути «большие избирательные резервуары» остаются стабильными. За десятилетия социальной и политической борьбы «фундаментальные группы» итальянского империализма собрали вокруг своих стратегических ориентиров «фракции и слои буржуазии, средней и мелкой», а также пролетариата.

Основообразующая идеология этой массовой базы была межклассовая, «в первую очередь католической и сталинистской, во вторую – социал-демократической и фашистской». В разных пропорциях это межклассовое деление затрагивало все партии; в связи с местными властями оно стало «региональным делением».

2. Стратегическая неожиданность и новый глобальный цикл – стр. 2

Понятие «стратегической неожиданности» внимательно изучалось марксистской наукой о международных отношениях. Арриго Черветто писал, что динамика равновесия есть результат «стратегических манёвров» и «объективных и непредсказуемых событий», а также «регулярных новостей» в битвах мирового противостояния. Сделаем три наблюдения теоретического плана. Первое: «стратегическая неожиданность» имеет свои объективные корни в неравномерном экономическом и политическом развитии. Заимствовав у геологии теорию тектоники плит, объясняющую динамику, приводящую к землетрясениям, мы можем изобразить изменение баланса сил между державами следующим образом: накапливается гигантское скрытое напряжение вдоль линий разломов, и когда происходит резкий разрыв, эта энергия высвобождается. Нельзя точно знать момент, место и интенсивность толчка, но есть уверенность, что он произойдёт: в этом смысле неожиданность является закономерностью.

Суть второго наблюдения следующая: политические и военные рамки неожиданности определяются движением государств и систем государств – вот они «стратегические манёвры», которые ведут к «непредсказуемым» событиям. Военно-политическое движение не идентично экономическим изменениям, но существует конкретное измерение международных отношений, исследование которого является задачей марксистской науки; каждая битва мирового противостояния всегда будет многообразной комбинацией факторов.

Третье наблюдение: неожиданность обусловлена также внутренней неоднозначностью альянсов и стратегических позиций. В динамике единства и раскола сосуществуют оба этих момента: с одной стороны, унитарный интерес всех империалистических держав в обеспечении условий для производства и оборота товаров и капитала; с другой стороны, раскол между теми же державами, конкурирующими в разделе мирового рынка. В политическом плане всякое соглашение предусматривает его разрыв, каждый альянс – его пересмотр, всякое отношение – попытку каждой из сторон использовать в своих интересах контрагента, и, прежде всего, любая связь в то же самое время содержит в себе два движения: конвергенции и противопоставления. Этим обусловлена закономерность стратегической неожиданности, когда под давлением мирового противостояния эта двойственность исчезает, переходя в открытый конфликт: изменение баланса сил перерастает в международный кризис и войну; как альянсы, так и их нарушение могут готовить открытый конфликт.

3. Сокращение налогов США – оружие в мировом противостоянии – стр. 3

Wall Street Journal оценивает, что за последние три месяца были объявлены операции buy-back на более чем 200 миллиардов долларов: вдвое больше, чем в прошлом году. Анализ Morgan Stanley о намерениях менеджеров 400 групп утверждает, что 43 % сэкономленных на налогах средств пойдут на дивиденды и buy-back, 30 % на инвестиции и заработную плату, 8 % на оздоровление бюджетов и только 6 % на выплату долгов. Если это так, то восходящее движение на Уолл-Стрит продолжится, а вместе с ним и рост акционерного пузыря.

Во Франции не верят в это толкование американского сокращения налогов как замкнутого на самих Штатах, которое станет подпиткой экономики рантье и долговой экономики. Президент французской ассоциации частных компаний Лоран Бюрелль со страниц Le Monde утверждает, что «реформа Трампа является инструментом завоевания наших компаний»; исполнительный директор Total Патрик Пуянне ожидает продолжения слияний и поглощений, взрывной рост которых уже произошёл в 2017 году; глава Schneider Electric Жан-Паскаль Трикуар считает, что американские промышленники «будут инвестировать tous azimuts». Автор статьи Жан-Мишель Безо считает, что America First оборачивается вторжением America Inc. в Европу, которая будет зажата в тиски между США на западе и Китаем на востоке.

Если оставить в стороне драматизацию этих двух интерпретаций, то их отнюдь не стоит сбрасывать со счетов. Консалтинговая фирма Janus Henderson анализирует финансовую отчётность 1200 крупнейших компаний мира за 2017 год. По этим расчётам, они распределили дивиденды на 1,252 трлн долларов – это лучший год текущего десятилетия: треть этой массы прибыли (438 млрд) досталась акционерам американских компаний, Япония получила 70 млрд, Азиатско-Тихоокеанский регион в два раза больше – 140 млрд, Европа – 227 млрд, Англия – 96 млрд.

Если предположить, что огневая мощь пропорциональна распределённым дивидендам, то американские группы в два раза сильнее европейских.

4. Меркель и Макрон в гонке против времени – стр. 4

Через шесть месяцев после выборов в Берлине появилось новое правительство. Ангела Меркель начинает свой четвёртый срок во главе обновлённой большой коалиции с СДПГ.

Исторические коллизии азиатского восхождения и миграционного давления ворвались в политический цикл Германии. Хотя нисходящая фаза социал-демократизации и затрагивает все политические силы, проявилась она прежде всего в кризисе СДПГ. Что касается ХДС, влияние глобализации и миграционных потоков подорвало баланс между его либеральными, христианско-социальными и консервативными течениями. Те компоненты, которые более других склонны к идеям национальной идентичности, включая ксенофобское отребье, уже не находятся в рамках союза ХДС-ХСС, а принадлежат партии “Альтернативы для Германии” (АдГ), занимающей пространство справа от ХДС. В этом контексте СДП Кристиана Линднера также приобрела более национал-совранистские черты, подтверждая закономерность либеральных сил, стремящихся объединять носителей психологии собственнического индивидуализма.

Заместитель председателя АдГ Александер Гауланд на страницах Frankfurter Allgemeine отстаивает свою национально-либеральную принадлежность и близость к СДП: «Возможно, мы смогли бы [...] разработать общие инициативы. [...] Но я не вижу такой возможности в отношении ХДС, пока её будет возглавлять Ангела Меркель. По-моему, она разрушитель ХДС». В подтверждение общего либерального штамма Гауланд утверждает, что подобные идеи разделял сам Густав Штреземан: «Его несправедливо связывают с идеей Соединённых Штатов Европы. Он никогда не хотел их».

Новые международные корреляции встряхивают систему немецких партий, что осложнило формирование правительства. Но те же исторические коллизии стратегически мотивируют необходимость большой коалиции и европейского рестарта. Как только Меркель была утверждена Бундестагом, она тут же полетела в Париж.

Карта. Правительство Меркель

5. Ракеты и Twitter в корейских переговорах – стр. 5

По мнению большинства аналитиков, готовность Кима обсуждать «уничтожение ядерного оружия» на полуострове отнюдь не равносильно согласию на демонтаж сдерживающего фактора Пхеньяна, оцениваемого сегодня в 20–30 боеголовок. В интервью Le Monde министр воссоединения Сеула Чо Мён Гюн подчёркивает, что для Пхеньяна ядерный арсенал «является необходимостью для противостояния враждебной политике США». Однако КНДР считает, что у неё есть «достаточный арсенал для того, чтобы США её уважал», и чтобы иметь возможность проводить дипломатические переговоры «с позиции силы, а не слабости, как это было раньше».

Цели Пхеньяна состоят в том, чтобы превратить перемирие 1953 года в мирный договор и нормализовать отношения с Вашингтоном, получив гарантии безопасности, которые, по мнению Чо, должны быть включены в многостороннее соглашение, гарантированное различными странами. Санкции не заставят Пхеньян отказаться от своего арсенала, в то время как военное решение или «грубое изменение режима» было бы более опасным, чем сегодняшняя ситуация. Оба эти варианта Сеул считает «неприемлемыми» из-за их катастрофических последствий. Готовность Кима к переговорам «должна быть использована».

Le Figaro подчёркивает деталь, которая отдаётся эхом в позиции Чо: Ким, используя Сеул, а не китайское или российское посредничество для передачи своего приглашения Трампу, представляет себя «корейским националистом». Это аспект, который мог бы «соблазнить американского националиста» в Белом доме. Можно добавить, что часть сообщения также адресована течениям национального нейтралитета Сеула. При желании, можно говорить о двух версиях Korea First, которые адресованы America First Трампа.

6. Самоутверждающаяся Россия у избирательных урн – стр. 6

Владимир Путин вновь занял пост президента и движется к четверти века нахождения у власти. Этот юбилей придётся на 2024 год: летом 1999-го Борис Ельцин назначил его премьер-министром. Результат выборов стал следствием нынешней российской политики самоутверждения. Дата выборов – 18 марта, безусловно, была выбрана неслучайно: это четвёртая годовщина присоединения Крыма, где Путина поддержали 92 % избирателей.

В целом Путин получил 56,4 миллиона голосов, рекорд на президентских выборах: его поддержали 76 % принявших участие в выборах и почти 52 % избирателей, явка же составила 67 %, что на два процентных пункта выше, чем в 2012 году. Абсентеизм остаётся значительным явлением: 33 % электората, а в крупных городах, таких как Москва и Петербург, около 40 %. Его масштаб таков, что сводит на нет все попытки оппозиции приписать его себе. В большей мере это инстинктивный классовый абсентеизм – явление, типичное для всех метрополий империализма.

Что касается конкурентов, то представитель КПРФ, директор сельскохозяйственного предприятия Павел Грудинин набрал 12 % голосов, что значительно ниже его предшественника Геннадия Зюганова в 2012 году (17 %); националист и популист Владимир Жириновский, регулярно выставляющий свою кандидатуру с 1990-х годов, остановился на 5,6 %, что примерно совпадает с результатом шестилетней давности; новичок Ксения Собчак, телевизионный персонаж, а также дочь Анатолия Собчака, бывшего мэра Петербурга и наставника Путина, набрала 1,7 %. Чуть более одного процента набрал Григорий Явлинский, который также является давним кандидатом на пост президента. Менее одного процента набрали три других кандидата.

7. Президент для нового политического цикла – стр. 7

Итоги президентских выборов марта 2018 года невозможно понять без учёта нашего прогноза о том, что «следующие пятнадцать лет будут “более бурными”, отмеченными “колоссальной, беспрецедентной напряжённостью”» (“Пролетарский интернационализм”, январь 2018).

В 2014 году Россия «открыто бросила вызов глобальной гегемонии США. […] началась эра жёсткой конкуренции», – пишет директор Московского центра Карнеги Дмитрий Тренин, в этих условиях «президентские выборы 2018 года фактически стали референдумом о поддержке Владимира Путина» (интернет-ресурс Московского центра Карнеги, 30 марта). С ним согласна руководитель аналитического департамента Центра политических технологий Татьяна Становая: выборы стали вопросом отношения «с враждебным окружением России», – утверждает она в статье, опубликованной 19 марта на сайте Московского центра Карнеги.

Карта осаждённой крепости, отстаивающей свои интересы во враждебном окружении, уже четыре года используется для укрепления внутриполитического консенсуса; апогеем стало озвученное 1 марта ежегодное послание В. Путина к Федеральному собранию. В этих условиях, продолжает Т. Становая, высокая явка должна была «продемонстрировать не только наличие […] электорального ресурса поддержки президента, но и высокую степень готовности общества к быстрой провластной мобилизации». Умелая пропагандистская и организационная мобилизация привела к тому, что свой “гражданский долг” пришли исполнить не только пассивные сторонники В. Путина, но и «прогрессивное, некогда разгневанное меньшинство с хорошим образованием и в норковых шубах добровольно и убедительно присоединилось к большинству» (там же).

Собственнический индивидуализм значительных (а за последнее время ещё и увеличившихся) паразитических слоёв и страхи мелкой буржуазии, заинтересованной в сохранении status quo – «лишь бы не было хуже» – в условиях шатающегося мирового порядка слились в единый патриотический порыв поддержки внешней политики российского империализма.

8. Курс на независимость в космическом перевооружении – стр. 8

С 2014 по 2016 год ЕКА приняла ряд решений, представляющих явный ответ Европы на американский вызов: запуск новой ракеты-носителя Ариан 6 (вместе с выделением 2,4 млрд евро на её разработку и гарантией не менее пяти институциональных запусков в год) и реорганизация космической отрасли. Компании-производители Airbus DS и Safran создали Ariane Group, единую группу с примерно 9.000 сотрудников, которая сконцентрируется на проектной и производственной деятельности, а также на управлении европейскими ракетами, взяв под свой контроль Arianespace и космодром Куру.

Ариан 6 должна быть готова к 2020 году и обеспечить 30-процентное сокращение затрат на запуск. ЕКА и Ariane Group также запустили программу Prometheus, то есть изучение возможности восстановления и повторного использования двигателей, которые будут нести новую ракету-носитель. Наконец, группе Ariane поручено модернизировать ракеты французской системы ядерного сдерживания.

Новая европейская группа имеет гандикап по отношению к SpaceX. Последняя имеет единственный производственный участок в Хоторне (Калифорния), у Ariane Group их 25, наследие политики «справедливого обмена» между странами, финансирующими программы ЕКА; она обещает постепенно сократить их до шести.

Между тем, в июне прошлого года ISRO сделала прорыв, который президент Индии Пранаб Мукерджи назвал «историческим». Впервые её GSLV (GeoSynchronous Satellite Launch Vehicle, ракета-носитель для запусков геосинхронных спутников) вывела на орбиту трёхтонный тяжёлый телекоммуникационный спутник; ранее для нагрузок такого масштаба Нью-Дели обращался к Arianespace. Космическая многополярность продолжается.

Таблица. Космические инвестиции

Таблица. Действующие ракеты-носители

9. Fincantieri - STX France – стр. 9

Исследование, проведённое несколько лет назад, сообщает, что на 150.000 работников европейских верфей приходится ещё 450.000 рабочих, занятых в предприятиях-подрядчиках и поставщиках. 80-85 % занятых непосредственно на верфях работников являются техническими специалистами, 47 % из них (67 % в Италии) в возрасте до 40 лет. В то время как на предприятиях-подрядчиках работают как чернорабочие, так и высокоспециализированные рабочие, часто иммигранты. Например, в норвежской судостроительной промышленности работают 1.500 поляков, 2.000–2.500 румынских сварщиков, электриков и столяров приезжают ежегодно работать в США, а ещё 1.500–2.000 работают за пределами Румынии в других странах ЕС, в то время как хорватские рабочие отправляются в Италию и Германию, а в последнее время и в Китай (Demographic change & skills requirements in the european shipbuilding & ship repair industry, 2008).

Так было до кризиса. Последствия европейской реструктуризации и империалистической политики в отношении заработной платы ударили и по судостроительной промышленности, вызвав в отдельных случаях борьбу трудящихся за защиту рабочих мест. Европейские верфи представляют собой концентрацию международной рабочей силы, Вавилон языков и квалификаций, которые часто препятствуют единству между рабочими, но в то же время на конкретном примере демонстрируют устарелость национальных границ и необходимость, усиленную нынешними процессами концентрации, в действительном европейском профсоюзе, действующем исходя из интернационалистических интересов рабочего класса.

10. Регулятивный шторм над реструктуризацией Китая – стр. 10

Приведём некоторые данные о слияниях и поглощениях (M&A) на мировом уровне, собранные JPMorgan, KPMG, PricewaterhouseCoopers, Acuris, Thomson Reuters и IMAA из Цюриха. В 2015 году стоимость этих операций вернулась на докризисный пиковый уровень. В 2016 году, по оценкам разных источников, она составляла от 3,2 до 3,9 триллиона долларов. Доля китайских групп, учитывая покупателей и продавцов, составляет от 15 до 19 %. До кризиса она не превышала 5 %. В течение нескольких лет Китай стал одним из лидеров в концентрации капитала, вслед за Америкой и Европой.

80-90 % китайских операций M&A происходят внутри Поднебесной. Посредством этих форм, которые, впрочем, не исчерпывают процесс, темпы централизации капитала значительно ускоряются. С одной стороны, определённые капиталы ликвидируются посредством сокращения мощностей и обесцениваются путём реструктуризации. Даже многие крупные группы сжимаются, в том числе те, которые должны передать на аутсорсинг производственные и обслуживающие филиалы или избавиться от старых больниц или фабричных кухонь.

С другой стороны, инвестиции в крупные предприятия и экономическая концентрация растут, особенно если учесть развитие транспорта. Углубляется централизация многих капиталов посредством кредитов, акционерного участия или слияний, это происходит над молекулярным процессом, который в течение последних нескольких десятилетий привёл к рождению и банкротству бесчисленного количества предпринимателей, о которых сегодня рассказывают биографии-бестселлеры новых магнатов. Над этим процессом, как пена мощной волны, движется спекулятивный капитал с его манией, лихорадочным неистовством множества мелких инвесторов, часто не имеющих истории, которые в свою очередь приводят в движение массу крупных и средних, новых и старых групп.

По данным PwC, с 2008 по 2014 год неспекулятивные китайские поглощения переместили тысячу миллиардов долларов. Создаются новые группы, которые почти никогда не возникают из ниоткуда и часто являются результатом долгой борьбы за концентрацию ранее существовавшего капитала. Это похоже на помноженную в сотни раз войну в банковском или агропромышленном секторе России, с десятками “Бинбанков” и “Разгуляев”.

11. Содержание популизма и евроватиканская стратегия – стр. 11

Заранее неизвестно, в какой степени и в каких формах колебания промежуточных социальных слоёв кристаллизуются в новые политические образования, окажутся ли последние незначительными или будут поглощены и метаболизированы традиционными политическими организациями правящего класса, которые сегодня в значительной части атлантического региона находятся в глубоком кризисе или ощущают сильнейшее напряжение. Исследование этого вопроса и связанное с ним политическое сражение на долгое время задействуют марксистскую политическую науку, так как речь идёт об одной из характерных черт того, что мы назвали политическим циклом атлантического упадка и политическим циклом кризиса социал-демократизации.

Имеет смысл предварительно поразмышлять по этому поводу. Секрет того, что старый и новый популизм столь отличаются друг от друга в своём экономическом содержании, состоит в чередовании экономических приливов и отливов, вторжении сотен миллионов жителей нового мира, отчасти ставшего ещё одной империалистической силой, и колебаниях промежуточных слоёв находящегося в относительном упадке старого мира, держав старого порядка, которые, однако, клыками и когтями отстаивают свою долю в разделе мирового рынка. В интервью испанской El Pais Хорхе Марио Бергольо отметил, что термин “популизм” вводит в заблуждение: в Латинской Америке он означает, что «народы являются протагонистами», а в Европе наиболее типичным его примером является нацизм. В дальнейшем станет ясно, почему наш взгляд является совершенно иным: например, мы считаем, что тот же перонизм являлся не чем иным, как политическим выражением господства крупной аргентинской буржуазии. Тем не менее мы можем отметить, что Бергольо прислушивается к голосу находящейся в движении периферии мира, и в этом смысле популизм является одним из «источников и неотъемлемой частью» латиноамериканской церкви. Показательна отправная точка рассуждений, и не только потому, что социальная доктрина церкви и католический тьермондизм на протяжении всего XX века играли значительную роль в распространении популистских идеологий. Вопрос, как мы видим, неразрывно связан с мировыми отношениями, а исключительный случай правления иезуита в Ватикане следует воспринимать как расчётливое нарушение преемственности: избрание понтифика, являющегося специалистом в международных отношениях.

12. Рабочие, которые не голосуют – стр. 12

Наличие связи между заработной платой и производительностью лежит в основе экономики. Но это не имеет ничего общего с тем, что обычно пытаются “продать” с целью разделения рабочих, возлагая на них ответственность за производительность компании: именно борьба рабочих за заработную плату подталкивает капиталиста к продуктивным инвестициям. Руководители центральных банков подтверждают это, когда жалуются, что низкая заработная плата замедляет рост производительности. Поэтому в Италии скорее незначительные масштабы компаний (в металлообрабатывающей промышленности они на три четверти меньше немецких) являются фактором, лежащим в основе торможения производительности.

Если начнётся цикл восстановления заработной платы, следует быть уверенным, что это не будет связано с добродушием хозяев предприятий, а со способностью трудящихся бороться. Будучи ленинистами, мы осознаём, что борьба за заработную плату всегда была первым шагом к приобретению классового сознания. Вот почему она должна объединять, а не разделять рабочих.

13. СУТЬ МОМЕНТА – стр. 12

Президент США Дональд Трамп объявил о введении пошлин на сталь в окружении металлургов в комбинезонах и касках. Президент России Владимир Путин заявил о своём решении выдвинуться кандидатом в президенты на встрече с рабочими завода ГАЗ в Нижнем Новгороде. Эти факты не стоит оставлять без внимания. Без коммунистического сознания и стратегии наш класс всегда будет использоваться в интересах той или иной фракции капитала. Господствующей идеологией является идеология господствующего класса, и это относится ко всем идеям: безусловно к реформистским и прогрессистским – соответствующим социал-демократической традиции буржуазной рабочей партии; консервативным, охранительным, но также и модным сегодня ксенофобским и “популистским” идеологиям.

Вот уже какое-то время выборы на всех широтах, из-за умственной лености или расчёта, пускают в оборот удобную басню: задавленное страхом большинство рабочих находится теперь на стороне “популистов” и их представителей, вроде Трампа, сторонников идеи суверенитета из Национального фронта Франции, националистов, поддержавших Brexit в Великобритании, “Лиги” или “Движения пяти звёзд” в Италии.

У нас нет иллюзий, мы будем противодействовать и этим влияниям, как это было с оппортунизмом. Только неправда, что им принадлежит большинство. Возьмём Италию. Во-первых, среди всех наёмных работников первая партия – это партия абсентеизма. Во-вторых, именно в отношении рабочих их басня является ложью. Данные под рукой; те, кто отправятся в крупные рабочие кварталы Генуи, Милана или Турина, на одного сделавшего селфи с Маттео Сальвини или двух сфотографировавшихся с Луиджи Ди Майо, найдут четыре или пять человек, которые не голосовали. Конечно, следует учитывать всех пролетариев: в том числе 350 тысяч иммигрантов, которые работают на фабриках, 200 тысяч – на строительных площадках, 500 тысяч – в логистике, в гостиницах или на кухнях ресторанов. Их 800 тысяч или один миллион? Кто знает? А если ещё учтём домашнюю прислугу и тех, кто ухаживает за престарелыми? Это мужчины и женщины, которые живут и работают в империалистической метрополии, но не имеют таких же прав, как “коренные жители”, и поэтому не голосуют. Заметим, мы ленинисты, а значит противники буржуазной политики, их политики. Но тем не менее, каждый должен иметь одинаковые права, таков элементарный интерес рабочего класса. В том числе право голоса: уж потом мы объясним всем, что парламентаризм является обманом, и будем бороться за то, чтобы завоевать их на сторону нашей, коммунистической политики.

Что касается их политики, то у неё в головах царит апартеид. Их телевидение болтает о голосах рабочих, “забывая” о классовом абсентеизме миллионов рабочих. Более того, оно не видит миллионов рабочих-мигрантов, которым буржуазия не даёт гражданства, а, следовательно, и права голоса. Рабочие, которые не голосуют: сражение за интересы класса начинается и на этом фронте.

 

Архив

Здесь можно познакомиться с содержанием архива Бюлллетеня «Интернационалист»:

А также с содержанием архива научного марксистского вестника «Интернационалист»:

Здесь можно ознакомиться с содержанием архива научной марксистской газеты "Пролетарский интернационализм":